Русская классика

Различные книги в жанре Русская классика

Грамматика любви

Иван Бунин

«Некто Ивлев ехал однажды в начале июня в дальний край своего уезда. Тарантас с кривым пыльным верхом дал ему шурин, в имении которого он проводил лето. Тройку лошадей, мелких, но справных, с густыми сбитыми гривами, нанял он на деревне, у богатого мужика. Правил ими сын этого мужика, малый лет восемнадцати, тупой, хозяйственный: Он все о чем-то недовольно думал, был как будто чем-то обижен, не понимал шуток. И, убедившись, что с ним не разговоришься, Ивлев отдался той спокойной и бесцельной наблюдательности, которая так идет к ладу копыт и громыханию бубенчиков…»

Готами

Иван Бунин

«Повесть, трижды прекрасная своей краткостью и скромностью, повесть о Готами, которая, сама того не ведая, пришла под сень Благословенного. Так слышали мы. В людном селении, в счастливой местности, у подножия великих Гималаев, в семье бедной, но достойной родилась Готами…»

Город Царя Царей

Иван Бунин

«Вот старая, старая карта земного шара. Опять гляжу на нее, – в который раз в жизни и все еще жадно! – опять блуждаю глазами по великой пустоте Индийского океана, вижу черту экватора, останавливаюсь на том заветном месте немного выше его, где удлиненной каплей падает от треугольника Индостана, как бы от острия древесного листа, Цейлон, священный Львиный остров, и опять вспоминаю: город Царя Царей, Анарадхапура…»

Воды многие

Иван Бунин

«Первая ночь на „Юнане“. Капитан сказал, что пойдем не спеша, на Цейлоне будем не раньше, чем через полмесяца, и я чувствую себя в этой большой и покойной каюте уже как дома, хозяином…»

Юродивый Христа ради. Юродивые, блаженные и праведники в русской классике

Отсутствует

Слово «юродство» в изначальном значении – духовно-аскетический подвиг, отказ от мирских благ и от того поведения, которое принято называть «разумным». Такой человек, не заботящийся о собственном быте, говорящий всем правду в лицо и боящийся только Бога, почти всегда кажется глупцом или безумцем, но «разумные» все равно прислушиваются к юродивому. Это ли не чудо? На Руси голос юродивого считался «гласом Божиим», и неудивительно, что образ «юродивого Христа ради» нашел отражение во многих произведениях русской литературы. Одни из наиболее ярких произведений, принадлежащие перу О. Сомова, Н. Лескова, Г. Успенского, И. Бунина и Б. Зайцева, составили этот сборник.

Весна

Иван Бунин

Первоначальное название рассказа «Всходы новые».

Всходы новые

Иван Бунин

«В усадьбе праздник – весна. Днем жарко, весело, в голубом небе круглятся белые облака. Припекает облупившуюся железную крышу дома, мохнатые бревенчатые стены его, черные стекла окон. В слуховом окне, против солнца, воркуют голуби. На сохнущем и рассыпающемся фундаменте, на сирени палисадника липнет много крупных мух. Караковый жеребец князя стоит в пустой поварской, в длинной черной избе крепостных времен. Он беспокоится, не ест овса, насыпанного в лоток на лавке. Просунув голову в окно без рамы, он глядит на широкий зазеленевший двор и жалобно-страстно ржет…»

Весенний вечер

Иван Бунин

«На Фоминой неделе, в ясный, чуть розовый вечер, в ту прелестную пору, когда земля только что вышла из-под снега, когда в степных лощинках еще лежит под голыми лубками серый затвердевший снежок, ходил по одной елецкой деревне, от двора к двору, старик-нищий – без шапки, с длинной холщовой кисой через плечо…»

Вера

Иван Бунин

Первоначальное название рассказа «Последнее свидание».

В саду

Иван Бунин

«Вечером приехал Иван Василич Чеботарев, липецкий мещанин, снявший в усадьбе сад. Это небольшой старичок в теплом глубоком картузе и в голубой, слинявшей от времени чуйке («двадцать осьмой год с плеч не спускаю!»). Всегда горбится – наиграл себе эту манеру в каком-то большом соответствии со всем своим характером…»