Русская классика

Различные книги в жанре Русская классика

Князь-рыцарь

Вера Желиховская

«…Я помню много весёлых святок в моей молодости; помню ещё старые, деревенские святки, с „медведем и козой“, с „гудочниками“ и ворожеей-цыганкой; с бешеной ездой на тройках по снежным сугробам, с аккомпанементом колокольцев, бубенчиков, гармоний, балалаек, а под час и выстрелов ружейных, в встречу сопровождавших наш поезд из лесу волков, десяткам их прыгавших, светившихся ярко глаз. То были святки!..»

В подземной тюрьме

Валерий Брюсов

«Султан Магомет II Завоеватель, покоритель двух империй, четырнадцати королевств и двухсот городов, поклялся, что будет кормить своего коня овсом на алтаре святого Петра в Риме. Великий визирь султана, Ахмет-паша, переплыв с сильным войском через пролив, обложил город Отранто с суши и с моря и взял его приступом 26 июня, в год от воплощения Слова 1480. Победители не знали удержу своим неистовствам: пилой перепилили начальника войск, мессера Франческо Ларго, множество жителей из числа способных носить оружие перебили, архиепископа, священников и монахов подвергали всяческим унижениям в храмах, а благородных дам и девушек лишали насилием чести…»

Голубая жизнь

Максим Горький

«Константин Миронов, сидя у окна, смотрел на улицу, пытаясь не думать. Разогнав дымчатые клочья облаков, похожие на овечью шерсть, ветер чисто вымел небо, уложил затейливыми фестонами пыль немощёной улицы и притих, точно сам зарылся в пыль. Слетелись воробьи; прыгая мячиками, они шумно и хлопотливо выщипывают перья с отрубленной головы петуха; из подворотни Розановых вылез одноглазый чёрный кот, прилёг, нацелился, прыгнул, но, не поймав воробья, потрогал мягкой лапой петушиную голову, взял её в зубы, встряхнул и, не торопясь, солидно разводя хвостом, унёс добычу в подворотню…»

Белая акация

Алексей Будищев

«У окна моей тихой детской росли сосны, такие прекрасные, такие грустные сосны. Я родился на севере, под серым низким небом, у серых, холодных вод, где краски сумрачны и грустны, где по полугоду звучат унылые пени метелей, где люди хмуры мыслью и крепки, неотходчивы сердцем. Дни моего детства, осененного соснами, текли мирно и были полны самого беззаветного благополучия. Катанье со снежных гор, коньки, прогулки на парусной шлюпке, море и солнце, и сосны, сосны везде, – ах, сколько прелести несли дни детства, какими сказками обвевали они мое сердце. А как негодующе гудели сосны в часы бурь! И какие высокие валы вздымало рассерженное море! И как отрадно было лежать в такие часы среди отдаленного рокота и тягучего гула, в теплой кроватке, под приветливым одеяльцем и тихо засыпать под сказки матушки!..»

Удивительные приключения барона Мюнхаузена

Рудольф Распе

Новый перевод Алексея Козлова знаменитых «Удивительных приключений барона Мюнхаузена». Старый врун, собрав компанию юных друзей, рассказывает им байки, нисколько не считаясь с фантастической неправдоподобностью своих россказней.

Повести и рассказы

Генрик Сенкевич

Генрик Сенкевич, польский писатель, автор исторических романов, лауреат Нобелевской премии по литературе 1905 года, принадлежал к плеяде выдающихся польских реалистов XIX века. В ранних повестях и рассказах, представленных в предлагаемом сборнике, виден интерес автора к темам угасания патриархального быта («Старый слуга», «Ганя») и судьбы крестьянства («Янко-музыкант»). Последний стал самым популярным из рассказов Сенкевича в России: только до 1917 года он издавался около 40 раз, был переведён В. Г. Короленко. Рассказ «Фонарщик на маяке» повествует о тоске по родине заброшенного на чужбину поляка – участника восстания 1830-31 гг. В рассказе «Бартек победитель» языком горькой сатиры говорится об онемечивании и глумлении над польским мужиком в находившейся под властью Пруссии части Польши. Темы многих романов Сенкевича присутствуют в написанных им ранее рассказах, так «Та третья» предваряет романы о современности. Предисловие. Глава 1. Рождение принца и рождение нищего Глава 2. Детство Тома Глава 3. Встреча Тома с принцем Глава 4. Злоключения принца начинаются Глава 5. Том в роли принца Глава 6. Том получает инструкции Глава 7. Первый обед Тома в роли принца Глава 8. Вопрос о большой печати Глава 9. Празднество на реке Глава 10. Злоключения принца Глава 11. В ратуше Глава 12. Принц и его избавитель Глава 13. Исчезновение принца Глава 14. Король умер – да здравствует король! Глава 15. Том – король Глава 16. Государственный ужин Глава 17. Король Фу-Фу Первый Глава 18. Король у бродяг Глава 19. Король у крестьян Глава 20. Король и отшельник Глава 21. Гендон спешит на выручку Глава 22. Жертва вероломства Глава 23. Король арестован Глава 24. Побег Глава 25. Гендон-холл Глава 26. Не признан Глава 27. В тюрьме Глава 28. Жертва Глава 29. В Лондон Глава 30. Том преуспевает Глава 31. Коронационное шествие Глава 32. Коронация Глава 33. Эдуард – король Заключение

Яшка

Владимир Короленко

«…Нас ввели в коридор одной из сибирских тюрем, длинный, узкий и мрачный. Одна стена его почти сплошь была занята высокими окнами, выходившими на небольшой квадратный дворик, где обыкновенно гуляли арестанты. Теперь, по случаю нашего прибытия, арестантов „загнали“ в камеры. Вдоль другой стены виднелись на небольшом расстоянии друг от друга двери „одиночек“. Двери были черны от времени и частых прикосновений и резко выделялись темными четырехугольниками на серой, грязной стене…»

В борьбе за жизнь

Александр Алексеевич Богданов

«Кирик сумрачными глазами смотрел на сосновый, сколоченный из старых досок гроб. Покойник – отец – лежал на двух сдвинутых скамьях посреди избы, покрытый домотканым холстом. Желтое лицо его с заострившимся носом и прилипшими ко лбу волосами стало еще печальнее. На груди, где были скрещены руки, холст поднимался горбом…»

Болото

Алексей Будищев

«Мы сидели на высоком холме после охоты на куропаток. Мой приятель Сорокин лежал на животе и курил папиросу. Я сидел, прислонившись спиною к пеньку, а наша собака, серый с кофейными пятнами легаш „Суар“, спал возле на боку. Порою он лениво приподнимал голову, выворачивал свою серую, на красной подкладке губу и косился на нас, показывая красные белки. Я смотрел на окрестность…»