Название | Я пытаюсь восстановить черты. О Бабеле – и не только о нем |
---|---|
Автор произведения | Антонина Пирожкова |
Жанр | Биографии и Мемуары |
Серия | Женский портрет эпохи |
Издательство | Биографии и Мемуары |
Год выпуска | 2013 |
isbn | 978-5-17-080718-5 |
В первые годы советской власти, как и в царское время, Сибирь — место обитания ссыльных. Иронией судьбы и после революции в ссылке оказываются революционеры. Это сторонники Троцкого, преследуемые Сталиным. Специалисты, окончившие институт в Женеве, бывшие дипломаты, знатоки архитектуры и искусства коротают вместе длинные сибирские вечера. В организованный ими литературно-политический кружок приглашают А.Н. Она симпатизирует этим людям, озабоченным положением рабочих в сталинской России. Ссыльные интеллигенты подготовили Антонину Николаевну к Москве, к общению с Бабелем, Эрдманом, Олешей — писателями, разделявшими идеалы революции, но не ее методы. А.Н. не вступала в партию, но до последних дней жизни считала, что честный интеллигент со времен Герцена и Чернышевского (да и ранее) не может не сочувствовать революционным идеалам. Что же касается ссыльных «троцкистов» — все они возвратились из Сибири в Ленинград и Москву только для того, чтобы сгинуть в сталинской мясорубке.
Выйдя в середине 1960-х годов на пенсию, Антонина Николаевна возвращается в страну своего детства — повидаться с братьями. В разоренной советской властью Сибири царят теснота, нищета и скудость. Любимые братья, интеллигентные люди, спиваются и болеют. Жизнь ни у кого, даже у семейных, не сложилась…
Часто фигурирует в воспоминаниях Антонины Николаевны дом в Большом Николоворобинском переулке. В этом доме Бабель жил сначала с соседом — австрийским инженером, потом с женой и дочерью, здесь принимал именитых гостей — Лиона Фейхтвангера, Андре Мальро и Андре Жида. Летом 2011 года во время съемок американского документального фильма о Бабеле я провел несколько часов в Николоворобинском переулке. Он остался практически нетронутым. Крутой подъем вдоль Яузского бульвара, от Тессинского переулка к улице Воронцово Поле (бывшая улица Обуха), окружен по обеим сторонам теми самыми домами, которые стояли здесь и при Бабеле. Казалось, тут должен был бы располагаться сегодня музей-квартира Исаака Бабеля. Но московские власти в шестидесятые годы снесли тот самый дом, в котором жил Бабель с семьей, и стоявший рядом с ним точно такой же дом, оставив остальную часть улицы нетронутой. Во время съемок документального фильма я побывал во многих местах, связанных с последними днями Бабеля: был на месте пыточной Сухановской тюрьмы, в бывшем Донском крематории, в дачном поселке Переделкино, откуда забрали Бабеля. Но нигде не ощутил я такой трагической энергии, какую почувствовал рядом с тем местом, где стоял когда-то разрушенный дом в Николоворобинском. Не потому ли мне было так горько, стоя на этом месте, что именно здесь, в этом доме, Бабель обрел свое счастье