Преступление из наказания. Прошлое переплетается с настоящим…. Александр Семёнович Черенов

Читать онлайн.



Скачать книгу

и покосился на короткий резиновый шланг с явными следами участия в изобличении, как минимум, наравне с остальными доказательствами.

      – … обвиняемый признался в посещении туалета.

      Палыч ухмыльнулся и переключил на меня взгляд, которым он только что насквозь просверливал трепещущего отпрыска.

      – И вот тут, друг Петрович, начинается самое любопытное. Оказывается…

      Подполковник воздел указательный палец.

      – … сынок задержались в дороге – и папенька успели закрыться в кабинке. Как показал обвиняемый, когда он окликнул папеньку, тот «послал» его. Тогда он попытался открыть дверь, но не смог. От излишнего усердия – и лишнего же количества потреблённого алкоголя – он потерял равновесие, упал, и ударился головой о пол. Очнулся, поматерил отца, после чего ушёл, а больше он ничего и не помнит.

      Найдя во мне искомое сочувствие, Палыч тут же вернулся к работе: угрожающе навис над сынком.

      – «Потерял равновесие», говоришь… Нет, парень: ты не равновесие потерял – ты потерял совесть. Ты за кого нас принимаешь? Долго ты ещё будешь измываться над нами? Долго ты ещё будешь врать мне в глаза?! Или мне, всё же, пригласить «группу товарищей»? Так они уже здесь – в соседнем кабинете! Позвать? Хочешь «немножко мужской дружбы»?

      – Не надо! – всхлипнул «мальчонка». – Я всё скажу.

      – Слушается версия номер три.

      Почти жестом конферансье начУУР «пригласил автора к микрофону». Сынок уронил голову ещё ниже.

      – Я был там…

      – Где «там»?

      Это был всё ещё текст подполковника: я не мешал товарищу.

      Он сейчас был в своей стихии, а мне чужого не надо: ни чужих грехов, ни чужих лавров.

      – В туалете… в кабинке, то есть…

      – Выломал, таки?

      Сынок затряс головой – мелко-мелко.

      – Папенька открыли?! – ухмыльнулся подполковник.

      – Сама…

      – … по себе? – развернул ухмылку Палыч.

      «Мальчонка» немедленно обложился руками.

      – Честное слово, товарищ… гражданин начальник: когда я очнулся, дверь уже была открыта. Ну, то есть, приоткрыта. Я поднялся, заглянул туда… ну, на всякий случай – и увидел, ну…

      – То, что увидел?

      – Да…

      Палыч «сочувственно» покачал головой.

      – Значит, ты – ни сном, ни духом?

      – Вот, ей…

      Завершить клятвоприношение сынок не успел: помешал шланг.

      – Долго ещё ты, сволочь, будешь глумиться надо мной? – принялся от души охаживать его подполковник. Настолько от души, что мне это пришлось не по душе. Ведь это наверняка «приходилось по душе» подследственного. По душе и материальной оболочке. Нарушение «условий договора» было налицо… и на лице «объекта», и я просто вынужден был укорить друга.

      – Па-а-лыч!.. Я, конечно, признаю факт глумления… и всё такое… Но не при мне же! Ну, какие же мы после этого интеллигенты?!

      – Извини, Петрович…

      Подполковник