Название | Золотой череп |
---|---|
Автор произведения | Эл. Яскелайнен |
Жанр | |
Серия | |
Издательство | |
Год выпуска | 2024 |
isbn |
Автоматическая дверь гаража натужно жужжа поднялась. Едва не оцарапала крышу – древний Кадиллак выкатил в наш бесконечный неоновый карнавал долгой дождливой ночи. Соседи заулюлюкали, провожая меня вниз, на улицу.
Электромотор – новенький, в старом корпусе тянет молча. Включаю имитацию движка – салоне начинает урчать V 8. Последний раз я слышал такой звук, когда отец завел эту машину и что-то объяснял мне, указывая под капот. Уже тогда ей была сотня лет.
Солнце светило вовсю, я обернулся на его лучи и меня ослепило оранжевым.
Дождей в те времена было куда меньше. Больше ничего не помню, разве что запах бензина, урчанье мотора и голос отца, слитный с рокотом движка в гараже.
Вой сигнала. Руки сами уводят Кэдди вбок, видимо чуть не заехал на встречку – мимо проносится древний бензовоз, поддав мне в салон запахом спиртового двигателя. В его ржавом пузе плещется грязный спирт, вместо бензина, такой иногда хлещут самые лихие раздолбаи города и примитивные моторы, мне вот тоже доводилось.
Смотрю на оранжевый зад цистерны исчезающий в зеркале заднего вида, как на красотку в орнажевом платье, что обтягивает её тугую жопу.
Бег Кэдди замедлился – вся многоярусная дорога увязла в патоке пробки, снова дождь и шквалистый ветер понесли от центра грязные рекламные листовки из тонюсенького пластика. Одна, особо растерзанная, прилипла к лобовому стеклу. Что-то там про китайскую лапшу.
Глава 3
Крип проснулся – спустя пять минут, после того как погрузился в чернильный сон, такое было у него "последствие", чаще люди рождались без руки или ноги. А Крип – со сбоем в башке. Засыпал где попало – нарколепсия, говорят.
До имплантации контроллера он вырубался на час, а придя в себя обнаруживал, например, что застыл в шаге от выбитого окна, коими изобиловали здания-гиганты Старого города. Смутно помнил теплые руки матери, гладящие его, незадолго до того, как над ним вспыхнет подсветка операционного стола. Теперь он изредка отключался, теряя пять-десять минут. Мать осталась в Старом городе, там, совсем недалеко от их квартирки в небоскрёбе опустилась Божья Длань, так она говорила. И в тот день все изменилось. А что изменилось – он все равно не понимал. О сложных мыслей всегда пухла башка.
И мир изменился. Но Крип, а тогда ещё полугодовалый, тряс погремушкой, лежа в ветхой пластиковой кроватке. Яркий свет заполнил все вокруг. Свет переставил, как кубики, основы мироздания, разрушил сотни небоскребов и ушел. А Ян, теперь – Крип, остался. Пара кубиков переставлены оказались и в нем.
Крип потряс головой, вокруг не было ни света, ни толком воздуха – типичная улица-тоннель Нового города, Нижнего района. Многослойный палимпсест плакатов на стенах, голопроекторы вдалеке зазывающие в кабаки, шебаршенье крыс над головой – там, в переплетении труб, проводов