– Чтоб ты знал, у нелегалов из гетто нет денег на адвокатов, а все дела решаются явно не через суд.
– Точно, – улыбнулся Джейс. – Ты же профи. Конечно, есть и другой расклад. Ты будешь висеть на шее у своего хирурга, но, боюсь, ты немного не в курсе, кто он такой.
Я замерла, медленно поворачивая голову. Я была полностью уверена, что знаю о Тео все, хоть мы и видимся слишком редко в последнее время. Но не было похоже, чтобы Джейс врал.
– Я угадал. Ты не в курсе о его маленьком секретике.
– Ты не можешь знать о нем больше, чем я, – произнесла спокойно, с расстановкой. Главное – сохранить лицо, даже когда сомнение разъедает изнутри подобно кислоте.
Лифт задрожал. Я уже надеялась, что скоро смогу выйти, но теперь история повторялась. Замер. Я вздохнула и достала ключ, чтобы открыть панель для вызова рабочих.
– Он застрял, что ли? – с непониманием спросил Джейс, постучав по дверям.
– Да. Я тебе говорила, что так будет, – раздраженно кинула я, откладывая железную пластину в сторону. Освещение просто отвратительное, а этот еще и свет закрывает. – Отойди и не делай резких движений. Не хочу свалиться.
– И что делать?
– Просто жди, – я нажала на кнопку. – Только что вызвала рабочих. Я пока сделаю часть домашней работы. Хоть чем-то займусь.
Я немного размышляла, стоит ли мне садиться на пол лифта, но в итоге решила, что раз стирка ставится постоянно, ничего страшного в этом не будет. Я съехала по стенке, открывая свой конспект. Поежилась, сжимая рукава толстовки. В лифте еще холоднее, чем в нашей квартирке: там хоть одеяла есть.
– И чем мне заняться? – шумно выдохнул Джейс, брезгливо покосившись на пол.
Я пыталась проигнорировать его существование и углубиться в изучение статей, но парень продолжал нервировать меня.
– И почему ты не разговариваешь со мной?
– Любой наш разговор превращается в спор. И условия каждого все хуже и хуже для меня. Так что…
– А если пообещаю не спорить? – спросил он.
– Твои обещания – не вексели.
– Но у тебя на руках есть один от меня, – покачал головой Джейс, наверное, вспоминая, как долго я выбивала с него доказательства. – Я отдал тебе свой первый вексель, а ты так поступаешь со мной. Чувствую себя использованным, знаешь ли?
Я глубоко вздохнула, перечитывая раз за разом одно и то же слово, а этот идиот и не хотел затыкаться.
– Точно… Ты же считаешь меня самовлюбленным, – он загнул один палец. – Эгоистичным, – второй. – Напыщенным, – третий палец. – Мудаком.
Он посмотрел на оставшийся палец и пожал плечами.
– Почти