Город святош. Тариэл Цхварадзе

Читать онлайн.
Название Город святош
Автор произведения Тариэл Цхварадзе
Жанр Поэзия
Серия Поэтическая серия «Русского Гулливера»
Издательство Поэзия
Год выпуска 2018
isbn 978-5-91627-209-3



Скачать книгу

      Т. Цхварадзе

      Город святош

      Вадим Месяц

      ИНИЦИАЦИЯ ЦХВАРАДЗЕ

      Пути господни неисповедимы. Столь же неожиданной бывает дорога в литературу. Тариэл Цхварадзе начинает писать стихи в зрелом возрасте. В 53 года. До этого – трудная судьба, далекая от изящной словесности. По масштабности – античный или библейский сюжет. Сказка. Тем более человек пишет много и хорошо. Как происходят подобные инициации – вопрос к психологу или колдуну. Суть в том, что человек превращается из одного – в другого. Происходит не поступательное развитие, а квантовый переход. Так у Джима Джармуша бухгалтер Уильям Блейк в одночасье становится легендарным стрелком после потери очков и объявления его в уголовный розыск. Так у Николаса Эчевария испанский конкистадор Кабеса де Вака после кораблекрушения превращается в индейского знахаря и пересекает пешком Американский континент.

      Наш внутренний потенциал остается загадкой для нас самих. В какое-то утро ты просыпаешься и видишь, что мир изменился. А, может быть, изменился не мир, а ты сам. Что в общем-то одно и то же.

      Жизнь, разделённая на части,

      на «до» и «после» того дня,

      когда, не без Его участья,

      коснулась муза и меня.

      Всё то, что было «до» – прекрасно,

      но «после» радует вдвойне.

      Великий доктор, как лекарство,

      поэзию назначил мне!

      Интриги добавляет и то, что родной брат Таро, известный поэт, Виктор Цхварадзе, неожиданно уходит из жизни в 2003 году. Таро берет эстафетную палочку из его рук и продолжает движение фамилии Цхварадзе по русской литературе. Именно по русской литературе. Вопреки политическим разногласиям и антиимперскому мировоззрению.

      В этой истории чувствуется дух легенды. Судьба поэта – неотделимая от творчества вещь. Иногда более важная, чем сами стихи. Каждый поэт вне зависимости от его текстов представляет собой какой-то уникальный знак, иероглиф. И если этот знак узнаваем на общем фоне – полдела уже сделано.

      Тариэл Цхварадзе не занимался продуманным позиционированием и продвижением своего образа в поэтическом пространстве. Он писал и пишет стихи, как «бог на сердце положит». Друзья называют его поэзию «народной». Что они имеют в виду? На мой взгляд, речь идет о смелости и даже дерзости поэта, вызванных в первую очередь неискушенностью восприятия культуры. Он, как подросток, может запросто повторить интонации предыдущего и, казалось бы, пройденного, не пугаясь вторичности. Он способен дважды войти в одну реку, попробовать ее воду на вкус и почувствовать аромат вина. Этот «народный», наивный подход подкупает больше, чем скепсис начитанных и раздавленных культурой мэтров, которые в возрасте Цхварадзе «подводят неутешительные итоги». Он показывает, что стихи пишутся в меру собственных потребностей автора, а не для тектонических смещений в области литературы, о которых в наше «время низкого контекста» остается только мечтать. Мандельштам определил это, как «И снова скальд чужую песню сложит. И, как свою, ее произнесет».

      Я прошу немного тишины,

      хоть чуть-чуть обычного покоя,

      если не безмолвия луны,

      то хотя б затишья после боя.

      Дайте мне допить остаток свой,

      в чаше жизни горького вина…

      Боже правый, душу успокой —

      тишина нужна мне, ти-ши-на.

      Ну и какая мне разница, что лет тридцать назад Вознесенский восклицал «Тишины, хочу тишины. Нервы что ли обожжены»? Да никакой. Я слышу свежий голос, основанный на личных переживаниях. А ничего другого порой и не надо. Знал ли Нико Пиросманишвили о существовании примитивизма в европейской живописи? О Гогене, Ботеро или Анри Руссо. Нет, он писал так, как считал нужным. Так, как видел красоту.

      Невольные аллюзии и обращения к творчеству других поэтов в текстах есть, но их присутствие в поэтике Цхварадзе органично. Они не определяют сути жанра, обозначенного автором. Тариэл Цхварадзе выбрал в отличие от Виктора Цхварадзе традиционную манеру письма. Новаторство подчеркивает попытку выразить невыразимое, но часто приводит к ставшему уже привычным авангардистскому канону. Количество нерифмованного «белого шума» в современной поэзии зашкаливает. Консерватизм указывает на то, что поэт выбирает путь достоинства и «задрав штаны, бежать за комсомолом» не намерен.

      Круг тем Тариэла Цхварадзе довольно широк. Лирика, блатная лирика, гневная публицистика, война, женщины, вино, воспоминания о счастливом и несчастливом прошлом, богоискательство и богоборчество. Вещи, для русской поэзии характерные. От есенинской «Москвы кабацкой» до изящного художественного аскетизма Арсения Тарковского.

      По преимуществу Цхварадзе азартен, темпераментен. Он любит поэзию и поэтов, как художники прошлого. Он доверяет поэтическому слову. Слушает не только себя, но и прислушивается к голосам других. В мир литературы он попал недавно. Ему, как ребенку, все интересно. Все кажется настоящим. Это тоже – серьезный плюс его характера