«– Вы читали, сударыня, „Героя“ – как вам кажется? – Ах, бесподобная вещь! По-русски ничего еще не было подобного… так это все живо, мило, ново… Слог такой легкий! Интерес – так и заманивает. – А вам, сударыня? – Я не видала, как прочла; и так жаль было, что скоро кончилось, – зачем только две, а не двадцать частей? – А вам, сударыня?..»
«Смоленская помещица, вдова Настасья Петровна Бунина поехала в Петербург, для определения в службу двух старших сыновей своих и для представления в Смольной монастырь дочери, которая имела уже счастье быть туда принята. Хотя войска наши, равно как и неприятельские, были тогда в движении, однако военные действия еще не начинались, и она, уезжая, оставила без себя четырех детей, двух маленьких сыновей в Смоленском пансионе, и еще двух меньших дочерей дома, препоруча их всех человеколюбивому покровительству соседей, и наслаждалась спокойною о их судьбе беспечностью…»
«Любезный Мишенька! Письмо твое от 8-го Февраля принесло мне большое удовольствие. В нем так подробно и мило описано твое времяпрепровождение, что я премного тебя, мой друг, благодарю. Желала бы чаще и чаще получать о вас известия, самые свежие и подробные; но что с вами делать? Как вас и чем, молодых людей, принудить к тетушкам писать? Это свыше меня, свыше вас и свыше возможности! Не ты, мой друг, первый, не ты последний; не тобой началось, не тобой и кончится. Я не только не требую от молодого человека всегдашней точности и непоколебимой степенности, но даже их боюсь…»
«Светлое море С небом слилось, С тихостью волны Плещут на брег, Кроткие зыби Чуть-чуть дрожат…»
«Странная судьба выпала на долю русской интеллигенции. Даже самое слово «интеллигенция» до сих пор остается не вполне ясным и точным. В него вкладывается разнообразное и нередко противоречивое содержание. Еще больше противоречий встречается в оценке заслуг и значения нашей интеллигенции. Одни утверждают, что ни в одной стране нет такой идеалистической, бескорыстной и героической интеллигенции, как у нас; другие, напротив, наделяют ее одними пороками и недостатками. Не было бы ничего удивительного, если бы такое разноречие вытекало из коренной разницы общего миросозерцания у различных представителей нашей общественной мысли…»
«Солнечные ясные дни, стоявшие в половине августа, надолго предвещали неизменчиво хорошую погоду; мне было скучно, и как охотника меня тянуло в поле. Невольная, но тяжелая тоска но оставленной стороне и милым дорогим мне людям уже крепко начинала въедаться в мою одинокую здесь жизнь… и я ради развлечения с особенным усердием принялся за службу. Разъезжая неразлучно с ружьем и собакой и увлекаемый новизною местности и любимой страстью к охоте, я лесами и болотами пробирался по границам соседних губерний: Вологодской и Олонецкой…»
«Долго, нескончаемо долго тянулась непривычная для меня северная зима… Морозов трескотня и вой снежных метелей вместе с плакучим стоном знакомого филина на башнях соседнего монастыря до того пробирали меня в собственной моей квартире, в особенности по ночам, что какое-то непоседство дома развилось во мне до степени неодолимой потребности ездить и ездить… Куда? Зачем? – это было для меня безразлично, лишь бы не сидеть дома с глазу на глаз с томительною скукой и постоянным одиночеством…»
«Комната в доме Марьон де Лорм. Стол на первом плане уставлен винами, фруктами и пр., за ним сидят Барадас, четверо придворных, великолепно одетых в костюмы 1641–1642 годов. Герцог Орлеанский сидит возле, развалившись в кресле. Марьон де Лорм стоит сзади него и подает ему вино. За другим столом Мопра и Беринген играют в кости; другие придворные стоят вокруг и следят за игрой…»
Торговое предприятие Сорокоумовских на протяжении более 100 лет создавалось, развивалось и совершенствовалось четырьмя поколениями предпринимателей. Меховая империя сочетала в себе европейский лоск, патриархальность семейных обычаев, преданность и любовь ее создателей к отечеству и своему делу. Торговый дом по праву считался во всем мире законодателем меховой моды. Меха от Сорокоумовских были показателем престижа, предметом гордости.
Юрий Никитинский – популярный детский писатель и поэт. В начале девяностых появились первые публикации произведений для детей. С того времени стихи, рассказы, пьесы и сказки Юрия Никитинского выходят в многочисленных журналах России и Украины. Автор более десятка книг для детей. Тамарочка Павловна – не простая школьная учительница, она – супергерой! Вы вот знаете учительницу, которая будет обниматься с сомом, бегать по крышам домов и проводить тараканьи бега? Не знаете? Так сейчас же познакомьтесь с Тамарочкой Павловной! Фантазия и чувство юмора могут превратить серые школьные будни в удивительные приключения!