Название | Я пытаюсь восстановить черты. О Бабеле – и не только о нем |
---|---|
Автор произведения | Антонина Пирожкова |
Жанр | Биографии и Мемуары |
Серия | Женский портрет эпохи |
Издательство | Биографии и Мемуары |
Год выпуска | 2013 |
isbn | 978-5-17-080718-5 |
Через два дня в стенной газете появилась заметка под названием «Принцесса Турандот из конструкторского отдела», подписанная начальником отдела кадров Красной. Это была красивая брюнетка средних лет, получившая фамилию Красная, быть может, за участие в Гражданской войне, — в то время было модно менять свою фамилию на другую с революционным смыслом. Она возмутилась, что девчонка в двадцать один год, только что получившая диплом, позволяет себе выставлять такие непомерные требования. Я ее понимала и сама этого стеснялась, но отступать было поздно. Из-за этой заметки в стенной газете многие стали называть меня принцессой Турандот, хотя во мне ничего от Турандот не было и никаких загадок я никому не задавала. Я так прославилась тем, что меня насильно оставили на Кузнецкстрое, что все, кто приезжал туда, непременно хотели со мной познакомиться. Однажды, вскоре после появления заметки, из Москвы приехал журналист от газеты «Известия» Владимир Яковлевич Рузов и тоже захотел со мной встретиться. Он выслушал мою историю и написал статью под заголовком «Дело о…».
Начальником конструкторского отдела, куда я пришла работать, был архитектор Лев Николаевич Александри[5]. Снова моим начальником стал архитектор: в Томске был Крячков, здесь — Александри. И снова я работала без непосредственного начальника из конструкторов, и снова, как в Томске, никто мною не руководил и я по специальности никому не подчинялась. Но зато здесь в моем распоряжении были чертежники и копировщики, и я, рассчитав конструкцию на прочность, могла начертить только эскизы и отдать их чертежникам для оформления в рабочие чертежи, а потом, после моей проверки, передать копировщикам, чтобы они сняли копии на кальку. Кальки я снова проверяла и, подписанные чертежниками и мною, несла на подпись к Александри. Александри подписывал чертежи, не особенно вникая, поскольку полностью мне доверял. В большой комнате конструкторского отдела, где работало несколько человек, мне выделили большой стол посередине комнаты, и я могла видеть всех сотрудников, сидящих передо мной. В правом углу работала группа американских инженеров, приглашенных на строительство завода. Я думаю, что они занимались технологической частью металлургического завода. Александри сидел в смежной комнате, в которую он собрал всех, кто занимался проектированием зданий для будущего города. Дверь в его комнату была всегда открыта, и я могла его видеть, но не видела никого из сидящих в его комнате, в том числе и АРэ.
Задания на проектирование я получала от Александри, и сначала это были конструкции прокатного цеха, а потом — путепровод, по которому горячий шлак должен был отвозиться в отвал. Вагонетки с горячим шлаком опрокидывались
5
Александри Лев Николаевич (1889—?), сын бессарабского помещика, прошедший через революционную эмиграцию. Окончил архитектурный факультет в Цюрихском университете. С 1915 г. работал в России в военной организации ЦК РСДРП(б). В 1918–1919 гг. — политический комиссар Южного участка отрядов завесы и член РВС 8-й армии Южного фронта. В 1921 г. — советник Полномочного представительства РСФСР в Латвии. В 1935 г. назначен начальником научноисследовательского института архитектуры при Всесоюзной академии художеств, а в 1937-м — заместителем директора Всесоюзной академии художеств. В августе 1937 г. приказом Всесоюзного комитета по делам искусств при СНК РСФСР освобожден от должности и исключен из списков служащих ВАХ. (Примеч. сост.)