Название | Пушкинский круг. Легенды и мифы |
---|---|
Автор произведения | Наум Синдаловский |
Жанр | Биографии и Мемуары |
Серия | |
Издательство | Биографии и Мемуары |
Год выпуска | 2012 |
isbn | 978-5-227-03945-3 |
Отсюда было недалеко до крылатого выражения «Сады Лицея». Имелась в виду совокупность всех садов и парков Царского Села – Екатерининского и Александровского, Лицейского садика, Старого или Голландского сада, которые уже тогда в петербургском обществе отождествлялись с миром свободы и вольности, мужской дружбы, мимолетных влюбленностей и, как заметил Д.С. Лихачев, «уединенного чтения и уединенных размышлений». И все это исключительно благодаря лицею и лицеистам первого, пушкинского, выпуска.
Что к этому можно добавить? В 1912 году в журнале «Сатирикон» появился анекдот, весьма характерный как для XIX, так и для всего XX столетия. «Да, Пушкин был великий поэт». – «Более того, он был лицеистом».
Лицейский фольклор
Из фольклора, связанного с лицейскими годами Пушкина, особенно характерны для понимания мировоззрения будущего поэта легенды о взаимоотношениях лицеиста с монаршими особами. Задиристое, а порой и просто дерзкое поведение Пушкина импонировало фольклору. Согласно одной из легенд, однажды Лицей посетил император Александр I. «Ну, кто здесь первый?» – спросил он собравшихся лицеистов. «Здесь нет первых, ваше величество, – будто бы ответил юный Пушкин, – здесь все вторые».
Сохранилась и другая легенда об остроумии юного Пушкина. Однажды лицеисты получили задание описать восход солнца. Один из них, неосторожно перепутав восток с западом, воскликнул:
Блеснул на Западе румяный царь природы…
И Пушкин немедленно отозвался на такое неожиданное географическое открытие:
И удивленные народы
Не знают, что начать:
Ложиться спать или вставать.
Интерес к мифотворчеству среди лицеистов всячески поощрялся. Дружеские, а порой колкие и ядовитые эпиграммы на товарищей часто были результатом коллективного творчества. Авторство куплетов так называемых лицейских «национальных песен» с рифмованными характеристиками преподавателей, наставников и однокурсников было общим. Прозвища возникали вдруг, ниоткуда, спонтанно, как это и водится в фольклоре. Как правило, они были исчерпывающе точными… Все они отражали остро подмеченные индивидуальные черты характера или личные свойства того или иного юноши. Впоследствии безошибочность большинства лицейских кличек подтверждалась официальными характеристиками, данными лицеистам их наставниками и учителями.
M.A. Корф
Многие