На поле стояло штук шесть истребителей, окрашенных в темно-синий цвет. Несмотря на теплую для начала июля погоду, Покрышева мороз продрал по коже от одного их вида. Старый знакомый «як», узнаваемый в любом ракурсе, выглядел стремительным, застывшим на мгновение в напряженной позе зверем. От ранних типов он отличался, как лихой кавалерист от замотанного дорогами пехотинца.
«Як первый» был солдатом неба, вытянувшим на себе, наверное, почти полный год войны. «Седьмой» и «девятый» за ним – простые и надежные, как штык, созданные, чтобы держаться за небо зубами. Но «девятый У»[17], уже прозванный «убивцем», или «убийцей», в зависимости от воздушной армии, и Як-3, еще не заслуживший никакого особого прозвища, были птицами другого полета.
– Вот они, красавцы. – Яковлев с удовольствием обвел рукой свои машины. – Первые из серийных морских. Бригадирская сборка. – Он улыбнулся. – Полтора года работы нашего КБ. Заводам дали малые серии, литерный заказ, скостили им план по серийным машинам как следует.
– А я думал, только тридцатого «девятые» придут… – Федоровский покачал головой. Его огорчило, что он совершил какую-то ошибку при летчиках.
– Нет, тридцатого в Монино перегонят остальные, но несколько мы заказали погонять самим. Стефановский через час вам покажет. – Он посмотрел на часы. – Пока вокруг вот походим.
Они подтянулись к истребителям, и Покрышев первым с удовольствием пощупал обшивку крыла. Приглядевшись, он с удовлетворением отметил, что подгонка капота двигателя, отделка и покраска поверхностей были идеальными – это сразу свидетельствовало о высокой культуре сборки. Не то, что, бывало, приходило во фронтовые части.
– Консоли крыльев складные, три человека за полминуты складывают-раскладывают. Замок простой, но четкий, конструкцию не ослабляет, так что высший пилотаж не ограничен. Мы прототипы гоняли, как ту сумасшедшую козу. Ласточка, а не машина! Ну, опыт у нас большой, «троечка» уже вовсю воюет, так что никаких детских болезней не будет.
Летчики в сопровождении главного конструктора пошли в обход красавца «яка», поглаживая и похлопывая его борта, как опытный лошадник завязывает знакомство с новой лошадью.
– Крюк нужен для зацепления троса аэрофинишера, – объяснял Яковлев. – Рывок такой, что пришлось усилить всю несущую часть. Но за счет применения металлических конструкций по полной программе нам удалось соблюсти весовой лимит. А к фюзеляжным точкам добавили боеприпасов, так что и центровка не изменилась.
Федоровский, склонившись, подергал за крюк. Литое жало было выкрашено в контрастные черно-белые цвета по его указаниям. Это поможет летчикам отрабатывать взлетно-посадочные операции на подготовительном этапе, а потом белые полоски можно будет закрасить.
– Номера машин в серии последовательные, – указал конструктор на многозначный индекс, ярко выделявшийся на вертикальном оперении. – «М» значит
17
Як-9У. Несмотря на цифровой индекс, истребитель был радикально переработан по сравнению со своим прототипом – истребителем Як-9. Мощный двигатель в 1650 л. с., выдающиеся скоростные и маневренные данные сделали его одним из лучших легких истребителей конца Второй мировой.