МедиаКнига

Все книги издательства МедиаКнига


    Цифровой, или Brevis est

    Марина и Сергей Дяченко

    Человечество – большой манипуляционный кабинет, где все манипулируют всеми. Подросток Арсен Снегов, мастер компьютерных игр, понял это раньше других. Таланты геймера не остаются незамеченными: он оказывается сотрудником странной конторы, якобы занимающейся разработкой новой игры… Но кто знает, что там творится на самом деле? «Цифровой, или Brevis est» – новый роман знаменитого дуэта Марины и Сергея Дяченко, лауреатов множества литературных премий, – не оставит читателя равнодушным. «Цифровой, или Brevis est» продолжает цикл «Метаморфозы», начатый романом «Vita Nostra».

    Кромка

    Василий Сахаров

    Олег Курбатов потерял близких и остался совершенно один. У него не осталось ничего, кроме желания отомстить, и он был готов пойти на убийство человека, который виновен в смерти его сестры. Казалось, что это конец жизни и после совершения тяжкого преступления ему придется скрываться от правосудия. Но это только начало новой жизни и благодаря случайности, он оказался в параллельном мире под названием Кромка, где сложно выжить. Слишком много здесь опасностей. Дикари и бесы, мутанты и демоны, людоловы и разбойники. Противников много, а друзей у Олега мало. Однако он не унывает. Новый мир. Новая жизнь. Новая судьба. Олег Курбатов начинает свой путь и впереди его ждет трудная борьба за выживание.

    Рай беспощадный. Корпорация

    Евгений Щепетнов

    Приключения Слая Донгара продолжаются. Казалось бы, после успешного выполнения задания можно расслабиться и прокутить честно заработанные деньги. Но от агентов Империи так просто не отвяжешься, и команде космического «Бродяги» снова предстоит рисковать жизнью, разрешая конфликты планетарного масштаба, мастерски справляясь со смертельными ловушками и парадоксами времени. Воинственный человек-волк Хагар, язвительная женщина-кошка Сихха и искусственный интеллект Зай. Воистину дьявольские создания! – особенно… на средневековой Земле…

    Тот, кто ходит сам по себе

    Евгений Щепетнов

    Уж кем-кем, а счастливчиком Петра Шишкина назвать нельзя. Хотя, казалось бы, успешный программист, есть квартира, машина, жена-красавица… Стоп. Жена, да, красавица… но вот совсем не умница, да еще и изменница! И ее 10 кошек, превратившие дом в туалет, – тоже гады еще те! Поэтому злился Петр совершенно заслуженно, но только поздно – летел он с балкона на авто соседа… Потом какой бог помог или подшутил – неизвестно. Очнулся наш Петя уже при четырех лапах и одном хвосте, да не под своим балконом, а в магическом мире! Полный «Мяу!», одним словом. И это только начало!

    Воздушный стрелок. Боярич

    Антон Демченко

    Говорят, жить надо так, чтобы после смерти боги предложили тебе повторить. Если так, то это определенно был тот самый случай. Случай и воля древнего божества, занесшего бывшего военного инструктора в тело четырнадцатилетнего подростка с советом наказом продолжать «учительствовать». Вот только где найти время на столь благородное дело, когда вокруг закручиваются какие то непонятные, но явственно попахивающие опасностью интриги. Нежданно обретенная родня так и норовит подкинуть неприятностей, а то и просто спалить к чертям, пользуясь Даром и фамильной склонностью к Пламени, а давно сгинувшие родители его «нового» тела даже после смерти умудряются подкидывать сюрпризы.

    Беглец. Том 2

    Анджей Ясинский

    Что делать, если ты тридцать лет пролежал в коме? Да еще в качестве батарейки для магов на другом континенте? Да ничего особенного – просто надо оставаться самим собой, встать на ступеньку выше своих противников, обвести их вокруг пальца и двигаться вперед. Главное – не потерять себя в случайной сшибке с богом и не дать себя повторно поймать. А по следу идут искусники специального назначения, жрецы бога, которому ты наступил на мозоль, и чародеи – то ли друзья, то ли враги. И нет у тебя друга Умника и компьютеров, а есть лишь смекалка, девушка-чародейка и много-много нового и интересного как в жизни, так и в магии.

    Гробницы пяти магов

    Андрей Васильев

    Кто сказал, что подмастерья мага летом, когда у всех студиозусов каникулы, будут отдыхать? Это непозволительная роскошь. И вот уже самозваный барон Эраст фон Рут в компании своих соучеников направляется куда-то далеко на юг, где в пустыне находится древний некрополь, в котором лежит некая книга, которая позарез нужна его учителю, известному в магическом мире под прозвищем «Ворон». Горы и реки, разбойники и Орден Истины, рыцарские турниры и тени прошлого – чего только не ждет юных странников на этом пути. И кто знает – сумеют ли они дойти до цели, а после вернуться назад?

    Пол и характер. Выпуск 3

    Отто Вейнингер

    « Существуют два понятия, принадлежащие к самым древним с которыми человечеству приходилось с самого начала кое-как перебиваться в своей духовной жизни. Правда, частенько вводили в них незначительные поправки, отправляли в починку, делали лишь заплаты, тогда, когда нужно было чинить либо все, либо части; отбросив от них кое-что и снова прибавив, люди то ограничивали их содержание, то снова расширяли – подобно тому, как старый, узкий избирательный закон под напором новых потребностей вынужден развязывать один за другим свои путы. Но однако, в общем и целом, мы еще и до сих пор уживаемся с этими понятиями, точно также как уживались с ними и в старину. Я говорю здесь о понятиях: мужчина и женщина. Правда, мы говорим о худощавых, тонких, плоских, мускулистых, энергичных, гениальных «женщинах», о «женщинах» с короткими волосами и низким голосом, говорим также о безбородых, болтливых «мужчинах». Мы даже признаем, что существуют «неженственные женщины», «мужеподобные женщины» и «немужественные», «женственные» • Память, логика, этика. • Логика, этика, я. • Проблема "я " и гениальность.

    Пол и характер. Выпуск 2

    Отто Вейнингер

    « Существуют два понятия, принадлежащие к самым древним с которыми человечеству приходилось с самого начала кое-как перебиваться в своей духовной жизни. Правда, частенько вводили в них незначительные поправки, отправляли в починку, делали лишь заплаты, тогда, когда нужно было чинить либо все, либо части; отбросив от них кое-что и снова прибавив, люди то ограничивали их содержание, то снова расширяли – подобно тому, как старый, узкий избирательный закон под напором новых потребностей вынужден развязывать один за другим свои путы. Но однако, в общем и целом, мы еще и до сих пор уживаемся с этими понятиями, точно также как уживались с ними и в старину. Я говорю здесь о понятиях: мужчина и женщина. Правда, мы говорим о худощавых, тонких, плоских, мускулистых, энергичных, гениальных «женщинах», о «женщинах» с короткими волосами и низким голосом, говорим также о безбородых, болтливых «мужчинах». Мы даже признаем, что существуют «неженственные женщины», «мужеподобные женщины» и «немужественные», «женственные» мужчины.

    Иван Грозный

    Казимир Валишевский

    Итак, с XVI до XVIII века Россия жила почти вне всякого общения с Европой и ее цивилизацией. Но прежде она уже делала усилия, чтобы выйти из этого замкнутого состояния, и то дело, которое вызвало сочувствие Вольтера, зародилось таким образом в то время, когда во Франции царствовали Карл IX и Генрих III. С этого времени огромная и варварская Московия начала входить в соприкосновение со своими западными соседями. Но дорога была заграждена Польшей и Швецией; понадобилось более века, чтобы устранить эти препятствия. И если бы не было Батория, стрелка часов истории сделала бы свой оборот на сто лет ранее. Снаружи приобретение берегов Балтийского моря, уничтожение остатков власти татар, завоевание Сибири и открытие политических и коммерческих сношений со всеми государствами Европы; внутри – введение начал европейской культуры и реорганизация государства на тех началах, которые мы видим теперь, все, что Петр и Екатерина совершили, было задумано, начато и отчасти приведено в исполнение в это первое утро цивилизации, за которым слишком скоро нависли вечерние сумерки. Кто же это совершил? – Человек, про которого Кюстин пишет, что он перешел все границы зла, дозволенные, так сказать, в той сфере Богом его созданию, преступник, лицо которого кошмар и имя Ужас; соперник Нерона и Калигулы – Грозный! Это самый любопытный пример аберрации в области не только легенды, но и исторической критики. «Иван Грозный», Казимир Валишевский