Мы не в проигрыше. Дина Рубина

Читать онлайн.
Название Мы не в проигрыше
Автор произведения Дина Рубина
Жанр Публицистика: прочее
Серия
Издательство Публицистика: прочее
Год выпуска 2002
isbn 5-699-10503-8



Скачать книгу

ильское общество, не «всматриваетесь в экзотический быт» соплеменников из Эфиопии или Марокко, пишите только о «русском гетто», и до сих пор не создали ни одного «реалистического романа». Словом, это был целый список того, что должны были бы сделать и не сделали до сих пор русские писатели Израиля. Что вы можете сказать по этому поводу?

      Да, читала я это поистине мифологическое интервью. Страшно веселилась…

      Вообще, первой моей реакцией было – игнорировать. Ну, мне ли, живущей в Израиле второй десяток лет, прошедшей опыт жизни на опасных «территориях», исколесившей вдоль и поперек страну, выпускавшей газету, мне, матери израильского солдата и в скором будущем – матери израильской солдатки; мне, переведенной на иврит, получившей израильские литературные премии… – короче: мне ли отбрехиваться от нелепой демагогии дамы, демонстрирующей поразительное невежество и абсолютное непонимание – что такое Израиль и его население.

      (Взять хотя бы «экзотический быт новых собратьев». Где она его нашла? Наверное, спутала бедуинов с эфиопами. И куда это надо «немного отъехать на своей машине, чтобы рассмотреть быт эфиопов или марокканцев»? Мне никуда не надо «отъезжать». Машины у меня нет, я передвигаюсь на автобусах, вместе с «марокканцами», «эфиопами», «русскими», «американцами» и прочими израильтянами. Мой сосед по лестничной клетке Шимон – «марокканец», а весь почти соседний дом заселяют семьи эфиопских евреев, в которых уже лет двадцать ничего экзотического, кроме цвета кожи и высокого тембра голоса, нет. И мы вот уже много лет отлично общаемся «на сложном ближневосточном языке», который, к слову, называется ивритом.

      И потом – что за страсть именно к эфиопам и марокканцам? У нас еще есть евреи йеменские, курдские, иракские… Я даже обижаюсь за них. Их «экзотический быт» я разве не должна куда-то ехать «рассматривать»?)

      Забавно, что Гримберг, обвиняющая русских писателей Израиля в некоем «маршировании строем в ногу», буквально через несколько строчек обвиняет их в том, что они еще (в начале 21-го века!) не написали «серьезного реалистического романа». А не подать ли ей соцреалистический роман? А можно писать романы нереалистические, а? Пожалуйста, позвольте, разрешите, у меня и справка имеется – от всей мировой литературы.

      И вообще: что и кому должны русскоязычные писатели Израиля?

      А франкоязычные? А англоязычные? Никому и ничего. И меньше всего – Фаине Гримберг.

      Писатель вообще никому и ничего не должен. Ни читателям, ни обществу, ни государству, ни Фаине Гримберг. Он даже не обязан знать быт «эфиопов». Он может знать быт одной лишь семьи и написать при этом талантливейшую книгу, которая скажет о людях и даже эпохе больше, чем любой «реалистический роман». Он может просто написать странную и абсолютно нереалистическую историю о коммивояжере, превратившемся в жука. Может вообще ничего «не отображать». Вообще не писать о стране, в которой живет, а писать наоборот – о далекой стране, в которой давно НЕ живет. Или о странах, в которых вообще никто никогда не жил. И книги его – во всех странах – будут читать взахлеб, – в отличие от книг Фаины Гримберг.

      Скучно и странно повторять в тысячный раз в наше время, что писатель не обязан ни во что интегрироваться. Он с рождения интегрирован в свой внутренний мир, который, собственно, и интересен читателям – при наличии, разумеется, таланта. Чем больше талант, – тем более интересен именно внутренний мир творца, каким бы причудливым и «не реалистическим» он ни был. Обо всем остальном – реалистическом – можно почитать в газетах и посмотреть по телевизору.

      И наконец, по поводу «русского гетто», всем надоевшего.

      Израиль действительно маленькая страна, именно поэтому никуда и ни на какой машине его жители друг от друга не отъезжают. Они варятся все вместе в этом многоязычном вареве, где важен каждый компонент. Эта пестрота, кучность, скандальность, «домашность» – и создает определенное обаяние страны, которое не все могут и вынести. Но если уже выносят и проходят некий период адаптации: к климату, к тесноте, к обидам, к солнцу, к брутальности местного колорита, – то уже привариваются навек.

      В самом Израиле давно уже понимают, что мультикультурное общество развивается по своим законам. Теория «плавильного котла» потерпела фиаско не только в Америке. Каждый привозит на новую землю собственный скарб на собственном горбу и несет его до гроба – тем и интересен для других. Помнится, когда я только приехала в Израиль, общество «Оманут ле ам» – переводится это как «Искусство – народу» – посылало меня выступать в одной бригаде с Сами Михаэлем – чудным милым человеком и очень талантливым йеменским писателем. Его переводила Зоя Копельман. Так втроем, бригадой, мы и колесили по дорогам бесконечного маленького Израиля. Это было страшно интересно и ново. И неожиданно. Мы были неожиданны друг для друга. Сейчас я думаю – хороши бы мы были, если б он принялся «рассматривать быт» русских евреев и писать о них «реалистические романы», а я принялась бы, предварительно, конечно, «рассмотрев быт» йеменских евреев, писать о них что-то этакое. М-да, воображаю – что б мы оба понаписали! К счастью, ни мне, ни ему это и в голову не пришло, потому что в глубине существа Сами Михаэля звучит и тянется своя, и только