MREADZ.COM. Чтение онлайн электронных книги.

Про Бабаку Косточкину-3, или Все ноги из детства-Анна Никольская.

Про Бабаку Косточкину-3, или Все ноги из детства-Анна Никольская. Электронная библиотека, книги всех жанров

Реклама:

например, или к бабушке в гости.

      — Бабушка умерла.

      — Значит, на похороны. Но это, поймите вы, не важно! Короче говоря, вам надо по неотложным делам в Таганрог. Вы берёте чемодан, выходите к железнодорожному вокзалу, а поезд уже тут как тут — на платформе! А?! Здорово?! Длинный-предлинный — вагонов на тысячу, а то и больше! И на каждом — название большими красивыми буквами: Москва, Ленинград, Кишинёв, Сухуми, Нальчик, Рига, Ашхабад — в хаотическом беспорядке — Вологда, Алма-Ата, Киев, Таганрог… Вот в нужный и заскакиваете!

      — На полном ходу? — удивились Артур и Август.

      — На полнейшем! И через какое-то короткое мгновение вы уже — вуаля! — в Таганроге!

      — А в Париж так можно?

      — Нет, это чисто наше изобретение.

      — А в Монте-Карло?

      — Нет. Господи боже мой! Да на кой вам эти Монте-Карлы? В моём детстве знаете какая была страна? Самая-самая-самая! — три раза повторил мой папа. — И мы её любили до чёртиков! И Парижи нам были до лампочки!

      Дети Сюртуковой-Балалайкиной смотрели на папу с восхищением. А мама с Бабакой смотрели куда-то в сторону. Папа хоть и был убедительный, но мы уже всё это слышали сто раз.

      Помолчали.

      — Да что вы его слушаете? — вдруг говорю я. — Он вам лапшу на уши, а вы его слушаете! — кричу, а сам думаю: «Какая муха меня укусила?»

      — Да он в жизни нигде больше не был, кроме своей ненаглядной Абхазии один раз!

      — Я? — Папа растерянно моргает. — Позвольте, я всю страну исколесил. Я во всех отдалённых уголках побывал.

      — Ха-ха-ха! На кругосветном поезде? — спрашиваю я ехидно и тут понимаю, что это за муха такая.

      Эту муху я увидел в глазах у мамы, пока она ела недосоленную курицу и слушала Сюртуковых-Балалайкиных. Как они в Турции занимались водным парашютизмом на песчаном пляже. Её заветную мечту претворяли в жизнь.

      И такая меня жалость к маме взяла! Такая жалость! Что я возьми и ляпни:

      — Фантазёр ты, папочка! — И противным голосом добавил: — И неудачник!

      Причём ляпнул я это, заметьте, не когда-нибудь после дождичка в четверг, на седьмые лунные сутки, а теперь! Когда кругом сплошные Сюртуковы-Балалайкины! Эти засланцы из дружественной нам семьи!

      Бабака смотрела на меня так, как будто она меня сейчас укусит. Но меня уже было не остановить.

      — Только и можешь, что сочинять небылицы! Да не было у тебя никакого интересного детства! Что там вообще могло быть интересного, тридцать лет тому назад? Всё интересное только сейчас начинается! Да и то если денег хватит на это интересное! А у тебя не то что детство серенькое, у тебя зрелость! Зрелость и та какая-то мышиная!

      — Мышиная? — повторил за мной папа трясущимися губами. — Ты что, старик?

      — Вот именно — мышиная! — добивал я любимого папу. — И у тебя, и у нашей мамы, и у меня скоро такая же будет! У меня даже компьютера приличного нет! А велик?

      — К-какой велик? — заикается папа.

      — «Школьник»!!! Из твоего, между прочим, интересного детства!

      — Перестань! — сказала мама с сереньким, как потолок и вся наша жизнь, лицом. — Как тебе не стыдно?

      — Мне? Стыдно?! Ну, знаете ли! Это ему должно быть стыдно! — Я ткнул пальцем в папу.

      Бабака подозрительно молчала. Обычно она с удовольствием участвует в семейных сценах. Но тут нет.

      И вдруг я встретился глазами с Сюртуковыми-Балалайкиными. В этих глазах была не просто муха — там их были целые стаи, этих мух. То есть рои или что у них бывает?

      И эти мухи, я по глазам видел, ужасно спешили к себе домой. К мамочке Сюртуковой-Балалайкиной, чтобы рассказать ей про всё. Про то, что я тут сейчас наговорил. Наговорил своим собственным ртом про своего собственного папу!

      — Что за крики? — На кухню вошла заспанная Аделаида, моя младшая сестра.

      На ней была синяя пижама в Чебурашку и пилотский шлем. Она всегда в нём спит.

      — Ну, нам пора, — сказали Артур и Август. — Баиньки. Спокойной ночи.

      И они ушли, оставив в тарелках недосоленную курицу и прихватив с собой солонку.

      А мы остались — папа, мама, Бабака, Ада и я.

      Я посмотрел на папу. Он сидел на табурете с ногами. Он, по-моему, даже уменьшился в размере, пока я выступал. И как-то поблек — весь целиком, точно его стёрли ластиком.

      И я не мог больше на него такого смотреть.

      Я убежал в свою комнату.

      И хлопнул дверью.

      Я запрыгнул в постель, даже не раздеваясь.

      И накрылся сверху одеялом.

      А потом я моментально уснул.

      А когда я проснулся, то…

      Глава 3

      Как у себя дома

      То увидел, что уже утро.

Яндекс.Метрика