Языковые средства актуализации категории «безличность». О. А. Березина

Читать онлайн.
Название Языковые средства актуализации категории «безличность»
Автор произведения О. А. Березина
Жанр Языкознание
Серия
Издательство Языкознание
Год выпуска 2018
isbn 978-5-00118-181-1



Скачать книгу

в английском языке следующие понятия:

      –  have run a mile – (agent)

      –  was introduced to him last Friday – (patient)

      –  have seen this film – (experiencer)

      –  made him happy – (cause)

      –  seemed to be the most convenient place for our games – (locality)

      По мнению Н. А. Кобриной, центральным вопросом в установлении соотношений понятийных мыслительных и языковых категорий является систематизация существующих соответствий количественного и номенклатурного рангов между категориями обоих типов, а также построение классификационных схем для собственно понятийных категорий подобно языковым системам [Кобрина 1989, с. 43]. Н. А. Кобрина выстраивает довольно подробную классификацию понятийных категорий [Кобрина 1989, с. 44]:

      – понятийные категории первого порядка, которые совпадают с понятиями философии и представляют «отражение реальности в виде форм и предметов мысли», и именно к соотношению понятийных категорий этого рода и форм их выражения сводится различие языков в типологическом аспекте; например, полистатутность лексических единиц в английском языке может рассматриваться как ведущая характеристика этого языка как языка изолирующего типа, где статус лексем типа before, after, round не является абсолютным, ибо эти лексемы могут иметь несколько функционально-семантических вариантов;

      – другой вид понятийных категорий, как считает Н. А. Кобрина – это понятийные категории-параметры, признаки, такие как: вид, время, залог, наклонение, род, число, падеж, где также не наблюдается однозначного соответствия между понятийным планом и планом выражения – степень этого соответствия намного выше в языках флективных и агглютинативных и почти нулевая в языках изолирующего типа (также см. [Бондарко 1978, 1976; Долинина 1989; Шендельс 1959; Bowers 1986]);

      – так называемые релятивные или операционные понятийные категории «лежат в основе схем организации понятий» [Кобрина 1989, с. 44]; наиболее характерным примером релятивной понятийной категории, по мнению Н. А. Кобриной, является «сетка понятий», отражающих соотношение таких референтов, как действие или событие с вовлеченными в них предметами мысли, на семантическом уровне «сетка понятий» превращается в пропозицию после того как выбран реляционный предикат и заполнены все «места» реляционной схемы.

      Таким образом, понятийные категории – категории максимально обобщающего характера. Это связано в первую очередь со спецификой когнитивных способностей человека, в основном памяти, поэтому, как отмечает Н. А. Кобрина, «<…> понятийный аппарат, лежащий в основе языка, должен быть очень динамичной, лабильной и креативной системой» [Кобрина 1989, с. 46].

      В дальнейшем концепции, разрабатывавшие проблематику понятийных категорий, получили развитие в теории функционально-семантического поля в русле функциональной грамматики (В. Г. Адмони, А. В. Бондарко, В. Г. Гак, Е. В. Гулыга, М. М. Гухман, Г. А. Золотова, Н. А. Слюсарева, Н. Ю. Шведова, Е. И. Шендельс, Д. Н. Шмелева и др.). Функционально-семантическое поле – это система разноуровневых средств конкретного языка (морфологических, синтаксических, словообразовательных, лексических и т. д.), взаимодействующих на основе общности их функций, базирующихся на определенной семантической категории. Функционально-семантические поля (аспектуальности, темпоральности, залоговости, персональности и др.) представляют собой разновидности языковых категорий [Бондарко 1990, с. 566–567]. Структура определенного функционально-семантического поля имеет идиоэтнический характер, выявляются моноцентрические (сильно центрированные) поля и полицентрические (слабо центрированные) поля. Данная классификация базируется на основе возможности выявления центра и периферии в рамках того или иного поля.

      В дальнейших лингвистических исследованиях к проблематике понятийности, категоризации и основанной на них речемыслительной деятельности лингвисты обращались неоднократно. Особое внимание связям между мышлением и системой языка уделяли представители семасиологической и когнитивной лингвистики[4] (Н. Н. Болдырев, Р. Джакендофф, Дж. Лакофф, Р. Лангаккер, Н. А. Кобрина, А. В. Кравченко, Е. С. Кубрякова, Ю. С. Степанов, Л. Талми и др.). Этих теоретиков объединяет общий исходный базовый посыл, состоящий в том, что «значение в естественных языках является мысленно кодируемой информационной структурой» [Ченки 1996, с. 68]. С позиций данного направления, семантическая структура – это форма концептуальной структуры; интерпретация высказывания, то есть его значение является отражением категоризации и концептуализации как процессов ингерентных человеческому сознанию, поскольку когнитивная деятельность субъекта познания – это «<…> динамический процесс, имеющий своей целью получение, формирование и систематизацию знаний, а базовыми мыслительными операциями познавательной деятельности субъекта являются процессы концептуализации и категоризации» [Гурочкина 2014, с. 106].

      Помимо категоризации исследования в русле когнитивной лингвистики рассматривают концептуализацию как один из когнитивных процессов, лежащих в основе всей



<p>4</p>

Например, Дж. Лакофф заявляет о принимаемых на себя двух исходных обязательствах в связи с его занятиями в области когнитивной лингвистики. Первое обязательство – «<…> характеризовать общие принципы, которые управляют всеми аспектами человеческого языка». Другое обязательство – «когнитивное» – «<…> обязательство строить объяснение природы человеческого языка в равной степени в согласии с тем, что известно об уме и мозге из других дисциплин и из нашей собственной [лингвистики] «[Lakoff 1983, с. 140]. Дж. Лакофф замечает, что это принуждает исследователя откликаться на эмпирические результаты из разных дисциплин, например, из психологии восприятия и антропологии.