Комментарии к роману «Евгений Онегин». Биография А. С. Пушкина. Юрий Лотман

Читать онлайн.
Название Комментарии к роману «Евгений Онегин». Биография А. С. Пушкина
Автор произведения Юрий Лотман
Жанр
Серия Всемирная литература (новое оформление)
Издательство
Год выпуска 0
isbn 978-5-04-199411-2



Скачать книгу

озарилась —Муза в ней

      Открыла пир своих затей;

      Простите, хладные науки!

      Простите, игры первых лет!

      Я изменился, я поэт… (VI, 620)

      В Лицее процветал культ дружбы. Однако в реальности лицеисты – и это вполне естественно – распадались на группы, отношения между которыми порой были весьма конфликтными. Пушкин примыкал к нескольким, но не был безоговорочно принят ни в одну. Так, в Лицее ощущалась сильная тяга к литературным занятиям, которая поощрялась всем стилем преподавания. Выходили рукописные журналы: «Лицейский мудрец», «Неопытное перо», «Для удовольствия и пользы» и др. Поэтическим лидером Лицея, по крайней мере в первые годы, был Илличевский. Можно предположить, что Пушкин ревниво боролся за признание своего поэтического первенства в лицейском кругу. Однако Б. В. Томашевский показал, что определенных и очень важных для Пушкина сторон его юной поэзии (например, ориентацию на эпическую традицию и крупные жанры) суд однокурсников не принимал и полного единомыслия между молодым Пушкиным и «литературным мнением» Лицея не было[14].

      Наиболее тесными были дружеские связи Пушкина с Дельвигом, Пущиным, Малиновским и Кюхельбекером. Это была дружба на всю жизнь, оставившая глубокий след в душе Пушкина. Но и здесь не все было просто. Политические интересы лицеистов зрели, у них складывались сознательные свободолюбивые убеждения. Потянулись нити из Лицея к возникшему движению декабристов: Пущин, Дельвиг, Кюхельбекер и Вольховский вошли в «Священную артель» Александра Муравьева и Ивана Бурцева. Пушкин приглашения участвовать не получил. Более того, друзья скрыли от него свое участие.

      В дальнейшем, когда Пушкин смотрел на лицейские годы с высоты прожитых лет, все сглаживалось. Потребность в дружбе «исправляла» память. Именно после разлуки, когда Лицей был за спиной, воспоминания оказались цементом, который с годами все крепче связывал «лицейский круг». Братство не слабело, а укреплялось. Это видно на одном примере. 9 июня 1817 г. на выпускном акте Лицея был исполнен прощальный гимн Дельвига:

      Простимся, братья! Руку в руку!

      Обнимемся в последний раз!

      Судьба на вечную разлуку,

      Быть может, здесь сроднила нас!

      Друг на друге остановите

      Вы взор с прощальною слезой!

      Храните, о друзья, храните

      Ту ж дружбу, с тою же душой,

      То ж к славе сильное стремленье,

      То ж правде – да, неправде – нет,

      В несчастье – гордое терпенье,

      И в счастье – всем равно привет![15]

      Лицеисты первого выпуска, конечно, запомнили все стихотворение наизусть, и каждая строка из него звучала для них как пароль. Пушкин в дальнейшем несколько раз пользовался этим стихотворением Дельвига именно как паролем, позволяющим несколькими словами восстановить в сознании лицейских друзей атмосферу их юности. В стихотворении «19 октября» (1825), посвященном лицейской годовщине, Пушкин, обращаясь к моряку-лицеисту Ф. Ф. Матюшкину,



<p>14</p>

Томашевский Б. В. Пушкин. М.; Л., 1956. Кн. 1. С. 40–41.

<p>15</p>

Дельвиг А. А. Полн. собр. стихотворений. Л., [1934]. С. 286–287.