MREADZ.COM - много разных книг на любой вкус

Скачивание или чтение онлайн электронных книг.

Креститель

Александр Прозоров

Он пришел из нашего мира… Его называли… ВЕДУН! Волхвы тоже люди. И хотя долг их – служить богам русским, доносить до людей волю небес и говорить небесам о чаяньях земных, но появляется иногда мыслишка не только духовную, но и земную власть к рукам прибрать. По воле судьбы на острие удара, направленного против князя Владимира, оказываются Олег Середин и богатырь Радул, которые вернулись в Киев из далекого Изборска и пока не знают ни об измене дружины княжеской, ни о бунте волхвов Перуновых.

Твой враг во тьме

Елена Арсеньева

Непростые отношения связывают `маменькину дочку` Лелю Нечаеву и спасателя из отряда МЧС Дмитрия Майорова. Дело доходит до разрыва, и как раз тогда, когда Леля узнает, что у нее будет ребенок. Приняв решение пойти на аборт, она и не подозревает, как жестоко отомстит ей судьба. В крови Лели обнаружены антитела, спасительные для больных лейкемией. Но беда в том, что это становится известно не только врачам, но и преступникам, которые решают по-своему распорядиться кровью уникального донора. Конечно, Дмитрий не оставит в беде любимую. Вот тут-то ему и пригодятся навыки профессионального спасателя...

Закройных дел мастерица

Валентин Пикуль

«…Много лет подряд, когда бы я ни касался материалов о быте Москвы начала прошлого века, мне всюду встречалось это имя – Надежда Петровна Ламанова; о ней писали как о человеке, довольно-таки известном в жизни России. Сначала я пропускал это имя через фильтр своей памяти как имя личности, которая ничего героического в нашей истории не совершила. Что мне с того, что с Ламановой «соперничали великолепно вышколенные мастерицы города Лиона – Лямина, Анаис и другие чародеи женских нарядов». Но вот прошло много лет, мое мнение об этой женщине обогатилось, и теперь я, напротив, уже сам стал выискивать ее имя – везде, где можно. В самом деле, к этой женщине стоит присмотреться…»

Удаляющаяся с бала

Валентин Пикуль

«…В обстановке бедности, близкой к нищете, в Париже умирала бездетная и капризная старуха, жившая только воспоминаниями о том, что было и что умрет вместе с нею. Ни миланским, ни петербургским родичам, казалось, не было дела до одинокой женщины, когда-то промелькнувшей на русском небосклоне „как беззаконная комета в кругу расчисленных светил“. Но „Графиню Ю. П. Самойлову, удаляющуюся с бала“, помнили знатоки искусств, и она снова и снова воскресала во днях сверкающей молодости, оставаясь бессмертной на полотнах кисти Карла Брюллова…»

Железные четки

Валентин Пикуль

«…Не будем наивно думать, что в монахи шли только глубоко верующие люди. Напротив, за стенами русских монастырей зачастую укрывались ищущие сытости вольнодумцы, потерпевшие крушение надежд и жизненные невзгоды, под благовест церковных колоколов люди погребали несчастную любовь. Убежденный атеист, Иакинф Бичурин затаил свою натуру под видом смиренника, отрешенного от земных страстей, ловко скрывая свое безбожие…»

Шедевры села Рузаевки

Валентин Пикуль

«За месяц до первой мировой войны в Лейпциге открылась всемирная выставка книгопечатного искусства… Сначала я попал в мрачную пещеру, где люди каменного века при свете факелов вырубали на скале сцену охоты на бизона – вернее, рассказ об охоте на него, – и мне хотелось снять шляпу: передо мною первые писатели нашей планеты…»

Посмертное издание

Валентин Пикуль

«…На далеком отшибе, в губернии Пензенской (Боже, какая это была глушь!), жил да был помещик Семен Смагин, владелец шестисот душ. Когда Емельян Пугачев появился в его усадьбе, Смагина сразу повесили, а жена его с детками малыми в стог сена забилась, и там сидели тихо-тихо, пока “царь-батюшка” не убрался в края другие… Вареньке было в ту пору лишь полтора годика…»

Портрет из русского музея

Валентин Пикуль

«…С чеканным стуком падала туфля на каменные плиты храма Шатель, а холодные своды при этом гулко резонировали. Обнаженная высокая женщина с перстнями на пальцах рук и ног всходила на шаткое ложе, как на заклание. Изгиб ее спины был удивителен, как и вся она. В этой женщине – все приметы времени, в котором она жила. Современники писали: «Худощавое стальное тело, странно напоминающее кузнечика. Очарование ядовитое, красота на грани уродства, странное обаяние!» И вот, когда я увидел ее впервые, я мучительно обомлел: – Кто она? Откуда пришла к нам? И почему она здесь?…»

Под золотым дождем

Валентин Пикуль

«Князь Дмитрий Голицын, русский посол в Гааге и знаток искусств, сообщал в небывалом раздражении, что 1771 год стал для Эрмитажа горестным. Картины из собрания Гаррита Браамкампа, закупленные им недавно для императрицы, погибли заодно с кораблем, который на пути в Петербург разбило бурей у берегов финских…»

Письмо студента Мамонтова

Валентин Пикуль

«…Открывались тяжкие крепостные ворота, изнутри форта шибало промозглым холодом ознобленного камня. По витой лестнице прибывший поднимался наверх, снимал пальтишко и, толкнув двери, попадал в просторное помещение, где его встречали. Встречали смехом, новостями, шутками, расспросами, шампанским. Это были чумологи, а форт «Александр I» был «чумным фортом»: именно здесь, вблизи столицы, русские врачи, добровольные узники форта, давали бой той заразе, что расползалась по земному шару…»